В последние годы игровая индустрия переживает трансформацию. В 2026-м, когда искусственный интеллект проник во все этапы создания игр — от первых набросков до финального продукта — игнорировать его не получится. Но, как это часто бывает с мощными инструментами, реакция на ИИ неоднозначна: одни видят в нем спасение от растущих бюджетов, другие — лишь угрозу творчеству и рабочим местам. Реальность, как всегда, сложнее. Посмотрим, как именно технология меняет индустрию на всех уровнях — от мегакорпораций до одиночек-энтузиастов.
Большие компании
Крупные студии и издатели используют ИИ прежде всего как инструмент оптимизации. Им нужны способы сократить время разработки, снизить затраты и при этом не потерять в качестве. И здесь нейросети, если верить словам создателей, показывают впечатляющие результаты.
Например, Capcom. Японский издатель, известный по Resident Evil, на конференции Google Cloud Next 2026 рассказал, как внедряет ИИ в разработку. И если принять на веру их слова, подход компании показателен: студия принципиально не использует генеративные нейросети для создания игровых ассетов персонажей, окружения, текстур. На той же выставке Шиничи Иноуэ, вице-президент по платформе разработки игр и AI-решениям Capcom, в интервью обозначил позицию компании: «ИИ служит не для создания искусства, а для высвобождения потенциала автора».
В чем суть: вместо того, чтобы генерировать контент, Capcom использует искусственный интеллект для тестирования и проверки того этапа, который в современной AAA-разработке съедает колоссальные ресурсы. Иноуэ объясняет: раньше, чтобы проверить одно изменение в игре, нужно было изучить десять мест. Теперь, когда игры стали гигантскими, одно изменение может означать сотни или тысячи проверок. Представьте: вы меняете модель персонажа и необходимо убедиться, что она корректно отображается со всеми видами оружия, во всей доступной экипировке, на всех типах локаций, при любом освещении. Это десятки тысяч комбинаций.
И здесь Capcom нашла решение. Совместно с Google Cloud компания разработала систему многоуровневых ИИ-агентов. Первый уровень — ИИ-агенты, которые автономно «играют» в игру, проводят тысячи часов виртуального тестирования. Второй уровень — ИИ-агент-верификатор, который сверяет результаты с концепцией игры, заложенной разработчиками. И только после этого система передает разработчикам те проблемы, которые действительно требуют человеческого вмешательства.
На данный момент система уже внедрена в семь проектов Capcom и ежемесячно выполняет более 30 тысяч часов автоматизированного тестирования. Цифры, о которых конкретно говорит компания, выглядят так: проверка карт на визуальные ошибки (раньше — три-пять тысяч часов ручного труда, теперь около 72 часов) или проверка внешнего вида экипировки (раньше — 5280 часов, теперь — те же 72 часа).
Самое важное — это не просто автоматизация. Capcom построила собственную ИИ-модель, которую назвали «агент арт-директора». Она обучается на внутренних данных компании: дизайн-документах, визуальных референсах, стилистических решениях прошлых игр. Модель понимает не просто формальные критерии, а «художественный замысел»: насколько позволяют технологии, проверяет, соответствует ли эта анимация или иное решение видению гейм-директора, передает ли этот визуальный эффект нужное настроение. На данном этапе Capcom — показательный пример использования ИИ как инструментария, а не замены творческих решений. Он берет на себя рутину, чтобы разработчики могли сосредоточиться на том, что действительно важно.
Совсем иначе подходит к использованию генеративного контента Epic Games, создатель Fortnite и движка Unreal Engine. В июне 2026 года компания опубликовала видео, в котором художники Epic в деталях показали, как именно используют ИИ для создания концепт-артов.
Формально ИИ используется не для финального контента, а на этапе поиска идей. Процесс выглядит так:
Художник вручную рисует эскиз персонажа или локации.
Затем эскиз пропускается через внутренний инструмент Epic — GenMedia Bridge, встроенный прямо в Photoshop. Автор дает текстовые промпты, а ИИ генерирует несколько вариантов развития идеи.
Затем человек вручную дорабатывает результат, убирает артефакты и лишние детали, которые нейросеть добавила без запроса.
Для локаций процесс похож: художник создает модель в Blender, а затем использует ИИ-инструменты вроде Nano Banana для быстрой генерации альтернативных версий и проверки гипотез.
Позиция Epic в том, что все это ускоряет процесс, чтобы художник мог сфокусироваться на шлифовке дизайна так, как он хочет. Но не все с этим согласны. Этот подход и вызвал бурную реакцию сообщества. Игроки Fortnite уже несколько месяцев подозревали, что некоторые постеры и граффити в Chapter 7 созданы с помощью ИИ, а после видео и на персонажей стали смотреть по-другому. Теперь многие требуют, чтобы Epic как минимум помечала контент, созданный с использованием нейросетей.
Тут стоит сделать отступление и рассказать о реальном пайплайне производства.
Это взгляд изнутри. Не от менеджеров и вице-президентов, а от пожелавшего остаться анонимным 2D-художника крупной мобильной студии, который каждый день сидит за планшетом и работает с нейросетями. И все несколько сложнее и дольше, чем просто «нажал кнопку — получил картинку»:
«Мы активно используем Stable Diffusion. Уже практически во всех аспектах арта — фоны, персонажи, элементы интерфейса. Чаще всего — при разработке персонажей. Пайплайн выглядит так: рисуется скетч, в нужной позе и с деталями, описанными геймдизайнером. После чего начинается генерация. Зачастую разные элементы генерируются отдельно, после чего персонаж собирается воедино. Для разных элементов используются разные модели — для кожи, волос, одежды и прочих деталей генерируются на разных моделях и лорах (LoRA — небольшая дообучаемая надстройка к модели, которая фиксирует конкретный стиль или внешность персонажа/объекта). Иногда тренируется отдельная лора под индивидуального персонажа, чтобы внешность генерировалась более-менее похожей. После этапа генерации начинается ручная "полировка", убираются небольшие косяки, артефакты и прочие погрешности».
Это все еще подтверждает необходимость ручного труда и в некотором роде дает понять, что теперь каждый отдельно взятый художник выступает в роли оператора ИИ, который комбинирует эти инструменты, а затем доводит результат до ума. Но в текущей реальности не для всех это выглядит позитивно. Этот пайплайн вполне перекликается с тем, что делают в Epic, но здесь генерация идет еще глубже — она проникает уже не только в концепты, а также в финальные ассеты. При этом ручная полировка остается обязательной: артефакты, те самые шесть пальцев, размытые глаза и неестественные складки одежды, которые нейросеть может добавить без запроса. Именно поэтому художники все еще незаменимы. Пока незаменимы.
Собственные модели на внутренних данных
Когда генеративный ИИ ворвался в индустрию, многие студии бросились использовать готовые решения — ChatGPT, Midjourney, Stable Diffusion. Это было быстро, дешево и впечатляло демоверсиями. Но скоро выяснилось, что у «чужого» ИИ есть темная сторона, и она может обойтись разработчикам куда дороже, чем подписка на облачный сервис.
Во-первых, юридические риски. Почти все популярные модели тренировались на гигантских датасетах, собранных из интернета, в том числе на работах художников, писателей и сценаристов, которые не давали на это согласия. По всему миру идут судебные иски против создателей нейросетей. Если студия использует такую модель для генерации игрового контента, она автоматически берет на себя риск, что рано или поздно придется доказывать в суде, откуда взялся каждый пиксель или слово.
Во-вторых, проблема стиля. У каждой уважающей себя игры есть уникальная визуальная идентичность. Универсальная модель, натренированная на миллиардах картинок из всех уголков сети, просто не способна воспроизвести фирменную эстетику конкретного проекта, она размазывает стиль по огромному усредненному знаменателю. Не говоря уже о стабильности: вчера модель выдала шедевр, а сегодня нечто с шестью пальцами и искаженными пропорциями.
Вот почему компании, которые могут себе это позволить, инвестируют в создание собственных проприетарных моделей. GenMedia Bridge или LoRA — надстройки, это не единичный случай. В индустрии есть понятный тренд: компании, которые серьезно относятся к ИИ, создают собственные модели, обученные на внутренних данных. Это дает существенное количество плюсов.
Самый очевидный — юридическая безопасность. Когда компания использует только свои данные, ей проще контролировать состав обучающих данных и связанные с ними права. Так, японская Cygames, создатели Granblue Fantasy, в начале 2026 года объявили о создании дочерней Cygames AI Studio, которая разрабатывает малые языковые и диффузионные модели исключительно на собственных IP и лицензированных материалах. В компании прямо говорят: это путь, чтобы исключить любые юридические риски.
Еще один плюс — сохранение уникального и контролируемого стиля. Универсальные нейросети «примерно знают», как выглядит мир Genshin Impact или Angry Birds. А собственные модели, обученные на тысячах изображений из конкретной игры, могут воспроизводить ее эстетику с точностью, недоступной «чужим» инструментам. У Rovio, создателей Angry Birds, есть внутренний инструмент Beacon Picasso, позволяющий генерировать фоны и элементы декора, идеально вписывающиеся в узнаваемый мир зеленых свиней и красных птиц. При этом компания честно рассказывает, какой сложной была эта дорога. Первые попытки обучить модель давали искаженных, едва узнаваемых персонажей и фоны — где-то даже откровенно страшных. Только спустя множество итераций и после привлечения профессиональных художников, которые указали на дефекты в жестах, пропорциях и выражениях лиц, удалось добиться приемлемого результата. Но, по мнению студии, оно того стоило: для отдельных задач, например, создания фонов для сезонных пропусков, время производства сократилось на 80% с 20 дней до четырех.
Третий плюс — потенциальная экономическая эффективность. Малые специализированные модели требуют меньше вычислительных ресурсов, работают быстрее и дешевле в эксплуатации, чем гигантские универсальные LLM. Ведь для игровой разработки не нужна модель, которая отвечает на любые вопросы, — нужна та, что генерирует диалоги в стиле конкретного мира или создает текстуры в его визуальном языке. Вышеупомянутая Cygames делает ставку именно на малые языковые модели (SLM), и это дает компании возможность внедрять ИИ в четыре текущих проекта, включая автоматическое формирование отчетов о багах и помощь в написании сценариев.
В свою очередь компании-гиганты действуют по-другому. Китайская HoYoverse, на закрытом собрании объявила об инвестициях в 14–16 миллиардов долларов в развитие собственной AI-инфраструктуры в ближайшие три года. Компания готова строить GPU-кластеры и уже разрабатывает кастомные фреймворки для обучения моделей, специально предназначенных для активных игр с постоянно обновляющимся контентом. Но самое интересное — HoYoverse планирует внедрять собственные модели обработки естественного языка непосредственно в игровую логику, чтобы NPC могли вести непредсказуемые, живые разговоры. Первым полигоном станет новая игра Petit Planet. При этом компания уже обновила пользовательское соглашение, получив право использовать данные игроков (включая голосовой чат) для обучения внутренних моделей, разумеется, с возможностью отказа. Эти данные планируется применять для систем модерации и улучшения службы поддержки, в то же время остается и техническая возможность использовать их для других задач тоже.
Южнокорейский Krafton, издатель PUBG, тоже не сидит сложа руки. У них есть собственная система KRIS — интеллектуальный ассистент, объединяющий разрозненные внутренние данные в единую базу и дающий персонализированные ответы сотрудникам.
Sony, которая всегда славилась своими технологическими амбициями (не всегда правда удачными) тоже пошла по пути тонкой настройки моделей на проприетарных данных. Их инструменты, Mockingbird для анимации лиц и генерации волос, тренируются исключительно на внутренних материалах студий под крылом издателя. При этом на данный момент внутри Sony принципиально не используют генеративный ИИ для создания финальных ассетов, только для ускорения рутинных задач, которые не влияют на творческую идентичность игр.
Отдельно отметим, что на пути к собственным моделям компании сталкиваются с немалыми проблемами. Первая — качество данных. Как показал опыт Rovio, даже имея горы внутренних материалов, обучить модель так, чтобы она стабильно выдавала результат в едином стиле, очень сложно. Вторая вполне естественная и понимаемая проблема — сопротивление внутри коллектива. Художники и дизайнеры боятся, что ИИ заменит их работу, а игроки недоверчиво относятся к машинному творчеству. И в третий раз вспомним про юридический аспект. Даже если модель обучена на своих данных, остаются вопросы: а что, если в этих данных были элементы, заимствованные у других? Как доказать происхождение каждого пикселя? Компании вынуждены разрабатывать внутренние политики и системы аудита. И все это, конечно, существует в поле этического вопроса. Многие студии сознательно отказываются от использования данных, собранных без согласия авторов. Собственные модели — способ оставаться честными перед сообществом (хотя оно в целом против любого использования ИИ) и не эксплуатировать чужой труд.
Larian Studios, создатели Baldur’s Gate 3, оказались в центре скандала в конце 2025 года, когда стало известно, что студия использует генеративный ИИ для разработки новой Divinity. Реакция фанатов была настолько острой, что глава студии Свен Винке провел специальную сессию на Reddit. Его ответ был принципиальным: если мы используем AI-модель для создания игровых ассетов, она будет обучена на данных, которыми владеет Larian, и полностью воздерживаемся от генеративного AI-арта в концептах. Но для внутренних итераций и тестов, вполне можно эксплуатировать, только на своих моделях. При этом Винке подчеркнул, что попытки использовать ИИ для написания диалогов провалились, даже самый случайный человеческий текст оказывается лучше.
Впрочем, Larian не единственная крупная студия, которой приходится определять границы использования нейросетей. Отношение индустрии к технологии пока далеко от единодушного энтузиазма. Например, креативный директор Saber Interactive Тим Уиллитс в интервью GamesIndustry.biz рассказал, что компания экспериментирует с ИИ, но не использует его для создания кода, игровых окружений и текстур в своих основных проектах. В качестве одного из возможных направлений применения он выделил визуализацию идей и прототипирование. При этом в Rideshare Simulator студия тестирует более активное использование технологии: в отдельном режиме Free Ride нейросети помогают генерировать задания для пассажиров.
Схожую осторожность демонстрирует и CD Projekt RED. Со-руководитель компании Михал Новаковский, говоря о разработке «Ведьмака 4», подчеркнул, что студия по-прежнему рассчитывает преимущественно на человеческий труд и не планирует полагаться на ИИ при создании полноценных игр. Он назвал сомнительной и неэтичной идею передавать значительную часть работы над настолько сложными проектами «сеткам». При этом Новаковский не отрицает полезности технологии в качестве вспомогательного инструмента.
Похожие опасения высказывают и в Nintendo. Президент компании Сюнтаро Фурукава еще в 2024 году признавал творческий потенциал генеративного ИИ, но обращал внимание на связанные с ним проблемы авторского права. По его словам, Nintendo намерена и дальше создавать уникальный игровой опыт, который невозможно получить исключительно благодаря технологиям. Штраус Зельник, глава Take-Two Interactive, также признает пользу ИИ для автоматизации рутинных процессов, однако не считает, что нейросети способны самостоятельно создавать новые игровые хиты.
Впрочем, не все издатели придерживаются настолько сдержанного подхода. Генеральный директор Electronic Arts Эндрю Уилсон оценил, что более половины производственных процессов компании могут получить положительный эффект от внедрения генеративного ИИ. Он рассматривает технологию как способ ускорить разработку, освободить сотрудников от рутинных задач и позволить создавать более масштабные игровые миры.
Положение нейросетей постепенно выходит за рамки простого противостояния сторонников и противников технологии. Индустрия неизбежно будет использовать их как инструмент. Одни компании готовы активно внедрять генеративный ИИ в производственные процессы, другие пока ограничиваются опытами в отдельных задачах. Однако даже среди наиболее заинтересованных в ИИ издателей, кажется, пока сохраняется понимание того, что технология не отменяет необходимости человеческого участия в разработке.
Инди-разработчики
Если крупные компании используют ИИ для экономии ресурсов и делают это с оглядкой на юридические риски и общественное мнение, то инди-разработчики видят в генеративном контенте возможность делать то, что раньше было невозможно технически или финансово. И здесь рождаются самые неожиданные решения.
Студия City From Naught из Торонто создала Brave New Wonders — стратегию-симулятор фабрики в постапокалиптическом мире. Но главное в игре не сеттинг, а механика. Вы управляете роботами-автоматонами через текстовые команды на обычном языке: «исследуй руины», «построй фабрику», «атакуй врага». ИИ-модель интерпретирует ваши намерения и генерирует инструкции для автоматонов.
Соосновательница студии Шала Чен рассказывает, как появилась идея: «Мы изучили жанр фабричных симуляторов и заметили, что игроки жалуются на сложность создания цепочек. Это слишком крутой порог входа. Большие языковые модели понимают намерения игрока — так мы и решили использовать LLM, чтобы сделать опыт интуитивным. <...> Это было легче реализовать, чем мы предполагали. LLM отлично работают с разными языками, что автоматически дает локализацию команд. ИИ приятно удивлял нас на протяжении всего процесса».
Интересно, что студия сознательно отказалась от использования ИИ для создания артов. Вся графика выполнена вручную художниками. Чен утверждает: «Мы не поддерживаем генеративный ИИ, который эксплуатирует художников, лишая их справедливой оплаты». И это становится парадоксом: игроки иногда думают, что арт сделан ИИ, потому что он слишком хорош для инди-студии. «Пять лет назад люди просто сказали бы: “Это хорошая графика”».
Другой пример — Suck Up! от независимой студии Proxima. Это комедийная игра, в которой игрок управляет вампиром, пытающимся проникнуть в дома жителей небольшого городка. Для этого приходится переодеваться, придумывать легенды и убеждать людей впустить тебя. Главная особенность проекта — поведение NPC: вместо выбора заранее прописанных реплик игрок может общаться с ними свободным текстом или голосом, а нейросеть анализирует слова и генерирует ответы персонажей. ИИ здесь не инструмент разработки, а основа игровой механики. Основатель Proxima Ран Мо рассказывал, что Suck Up! стала первым коммерчески успешным проектом студии с использованием ИИ-агентов.
Исследования показывают, что инди-разработчики особенно заинтересованы в локальных LLM, которые можно запускать на обычном железе, без облачных сервисов. В работе исследователей из Технического университета Мюнхена отмечается, что модели среднего размера (8B параметров) могут работать на видеокартах уровня RTX 3080 и давать полезную обратную связь на ранних этапах дизайна игры. Это значит, что одиночный разработчик или маленькая студия может использовать ИИ для оценки своих концептов без риска утечки данных через облачные API.
Энтузиасты и моддеры
При том, что в основном игровое сообщество ругает ИИ, даже внутри него есть энтузиасты, которые видят пользу и интересные способы использовать генеративный контент. И используют нейросети так, как не всегда могут позволить себе даже крупные студии. Команда Merry Pencil Studios взялась за ремастеринг классического шутера Painkiller. Используя NVIDIA RTX Remix в связке с генеративными ИИ-инструментами (PBRFusion и ComfyUI), они переработали все: технология увеличила разрешение тысяч текстур и сгенерировала высококачественные PBR-материалы, карты нормалей, шероховатости, высоту. Руководитель команды Куинн Баддамс рассказывал, что автоматизация на основе ИИ устранила около 80% рутинной работы. Мод получил главный приз на конкурсе NVIDIA с призовым фондом 20 тысяч долларов.
Но моддеры экспериментируют не только с графикой. Мод AI Valley для Stardew Valley использует ChatGPT API для того, чтобы NPC могли вести продолжительные и свободные беседы. А мод для The Elder Scrolls V: Skyrim добавляет компаньона, который может отвечать почти на любые вопросы об игровом мире. Эти моды созданы энтузиастами-одиночками, которые видят в ИИ способ преодолеть ограничения оригинальных игр.
Исследовательские работы в области процедурной генерации контента показывают, что это особенно важно для игр с высокой реиграбельностью, а моды часто именно про это. Автоматическая генерация скриптов, квестов, диалогов с помощью ИИ — уже реальность, хотя и с оговорками.
Вывод
Глядя на текст выше, легко впасть в две крайности — «ИИ уничтожит творчество!» и «ИИ решит все проблемы!». Но реальность куда сложнее. Автор этой статьи — разработчик, и ему приходилось сталкиваться с ИИ на разных этапах. Подобно многим, я видел как толковое и разумное применение технологий, так и безответственную генерацию ИИ-слопа. С одной стороны, везде, где нейросеть используется ответственно в качестве инструмента, она чаще всего не заменяет людей, а дает им больше времени. Любое использование просто ради использования в лучшем случае просто затянет процессы, в худшем — приведет к краху.
На данном этапе, как игровая, так и в целом большая часть индустрий существуют в мире, где нейросети есть и от них никуда не деться. Даже если предположить, что завтра случится коллапс всего ИИ-пузыря, закроется OpenAI, Anthropic и т.д., то локальные модели компаний, отдельных студий или SLM, запущенная на мощном ПК инди-разработчика, вряд ли куда-либо денется, и надо учиться с этим жить.
Будет нечестно писать что-то в духе «ИИ в играх = не конец творчества, а новое начало». Возможно, и конец, покажет только время. Технологии меняются, и неизменным остается одно: если в центре будет человек с его идеями, вкусом и чувством прекрасного, то индустрия хоть и изменится, но нейросеть останется лишь инструментом, который помогает этим идеям воплотиться быстрее, дешевле и в большем объеме. Я надеюсь.
Сервис Игромир поддерживает запуск игр Resident Evil Requiem, Baldur’s Gate 3, Stardew Valley и The Elder Scrolls V: Skyrim.